Жак-Ив Кусто сказал о Мальдивах: «Эти острова — рай на Земле». С ним согласились все участники нашего тура. «Это очень удачная идея — совместить рай и фитнес, — метко выразилась Ольга. — Здесь я все время чувствую, что окружающий мир меня любит: ветер всегда несильный и ласковый, солнце, даже полуденное, не кажется адски горячим. Да и гроза, если и случается, проходит мгновенно, освежая остров. И именно в таких условиях занятия или фитнесом особенно эффективны и приятны. Мир вокруг помогает тебе совершенствоваться — это потрясающе!»

Место нашей дислокации — крохотный остров Эрияду (Eriyadu) в 40 км от Мале, единственного города на всем Мальдивском архипелаге и по совместительству столицы государства. На острове едва умещаются отель на полсотни номеров, ресторанчик, бар, спа-салон и дайвинг-центр. Со всех сторон его окружает Индийский океан. Лучшего места для бегства от суетного мира найти невозможно!

Но расслабиться в одночасье непросто. Даже окунувшись в теплую, почти серебряную океанскую гладь, я не верила, что все происходящее — не кино. У Оли та же проблема: «Я чувствую кожей песок и воду, любуюсь пальмами и этим необыкновенным небом, но никак не могу осознать, что все это происходит со мной». Не поверите, но безмятежности научила нас… местная птица.

Пернатая красотка, похожая на цаплю (чуть позже мы дали ей нежное русское имя Дуня), утром прохаживалась по побережью, изображая из себя Ассоль: вставала как вкопанная, вытягивала грациозную шею и устремляла взгляд далеко за горизонт. Этот ритуал выглядел завораживающе. «И ты знаешь, — поделилась со мной позже Оля, — я просто встала тихонечко рядом с ней, вытянулась вся в струночку и тоже стала всматриваться вдаль. И все — в один миг моя российская действительность меня отпустила. Я стала частью этого мира, в точности как наша Дуня. Знаешь, какое это наслаждение — почувствовать себя счастливой здесь и сейчас!»

Природа острова действительно бесподобна: бескрайний шуршащий океан, мягкий, словно мука, белоснежный песок, разнокалиберные пальмы, фикусы и неизвестные мне растения, жирно-зеленые до такой степени, что с непривычки режет глаз. А какие восхитительные в этих краях закаты! Художники-маринисты меня поймут — огненно-красные, тяжелые, с флотилией плывущих на горизонте темных облаков.

Но главная жемчужина острова скрыта под водой. Коралловый риф. Чтобы увидеть его причудливых обитателей — рыбешек всех цветов радуги, неспешных скатов, похожих по форме на масленичные блины, мурен и акул, — достаточно было сделать всего несколько шагов от номера до океана. Снорклингом (плавание с трубкой и маской) не пренебрег никто из нас. И многие буквально захлебывались впечатлениями, по сравнению с которыми явно меркли любые другие удовольствия. Но только не те, что были связаны с тренировками с Аленой, — они мгновенно стали самыми важными для наших ребят.

Дни, прожитые на Эрияду, были похожи один на другой. Остров крохотный, тренировки и питание — строго по расписанию, даже вечерний дождь проливался несколько дней подряд в одно и то же время. В любом другом месте такой режим вывел бы меня из себя — скуку и монотонность я не переношу на клеточном уровне. Но здесь, на острове величиной с пятак, тягучесть времени и отсутствие событий воспринимались как манна небесная. «Здесь такая нирвана кругом, что даже не так уж необходима», — подметила лучистая Дина, смех которой похож на звон колокольчика.

Еще одна пара участниц, тронувшие мое сердце искренностью, оптимизмом и открытостью, — подруги Татьяна и Ляйсан из Ижевска. Обаятельные до головокружения, непосредственные как дети, эти женщины все делали вместе, отчего вскоре и получили прозвище Наши Ижики. Ижики достойны отдельной похвалы: когда они заплывали в риф, даже опытные немцы-дайверы дивились их смелости и выносливости. А когда занимались с Аленой Мордовиной — добросовестнее, чем они, упражнения не выполнял никто.

Кроме снорклинга, дайвинга и пляжного безделинга заниматься на острове было совершенно нечем. Я отлично запомнила одного голландца, который пытался здесь бегать по утрам. Однажды, пока я шла до ресторана (от нашего домика примерно метров 60), этот любитель джоггинга, наворачивающий круги по острову, пробежал мимо меня 9 раз. Я думаю, что голова у него закружилась даже сильнее, чем у меня, потому что больше бегающим я его не видела ни разу.

На этом фоне наши занятия йогой и пилатесом выглядели роскошно и крайне привлекательно — не раз и не два к нам подходили измученные скукой отдыхающие и просились в группу. Но допущена к занятиям была только маленькая русская девочка четырех лет, отказать которой просто язык не повернулся.

Мальдивы бедны на достопримечательности — осматривать тут, по совести говоря, почти нечего. На ознакомительную поездку в Мале соблазнился только стоматолог Александр. Вечером того же дня мы пытали его расспросами. «Во-первых, я сразу же расположил к себе местного гида — дал ему доллар, — восторженно рассказывал наш путешественник. — И он мне все-все достопримечательности Мале показал — министерский офис и два рынка. На одном из них я купил себе два акульих зуба. По $50 за каждый. Мне повезло! А еще я местных девчонок нафотографировал! Ух, краси-и-ивые они какие, все в черном с ног до головы, смотрели на меня так пристально — наверное, я им понравился». Увы, причина, скорее, в том, что, согласно здешним законам, фотографировать местных женщин-мусульманок запрещено. «Саша, так скажи, тебе понравилось в Мале или нет?» — «Я там был! И больше мне туда не надо, вот это самое важное».

Десять дней пролетели как один. «Туры должны быть по две недели!» — возмущался Саша, немного расстроенный отъездом. На самом деле грустили все — не так-то просто покидать благословенное место, где было прожито много восхитительных часов. Теперь-то я понимаю, что чувствовали Адам и Ева, когда их депортировали из райских кущ.

Утешало нас только одно — каждый твердо решил, что однажды вернется в эти широты, чтобы еще раз пережить состояние глубокого счастья и покоя. Я очень надеюсь, что это возвращение будет именоваться велнес-тур «”ЖИВИ!” на Мальдивах».