В числе подобных специалистов – , один из крупнейших российских психотерапевтов, директор Московского института гештальта и психодрамы. Его метод, созданию которого Долгополов посвятил более 15 лет, коллеги и клиенты называют просто – «машина времени». Тогда как сам автор предлагает более точную формулировку: футуропрактика. Что, собственно, и значит – «работа с будущим».

Ежедневно мы принимаем десятки решений, продиктованных либо чувством долга, либо стереотипами, либо нашими желаниями. Но в большинстве случаев человек очень схематично представляет себе те варианты будущего, которое наступит после того, как выбор будет сделан. Футуропрактика помогает придать этому будущему более или менее отчетливые контуры и совершить в него путешествие, но не с помощью ясновидения, программирования или колдовства, а путем «разбора» собственных потребностей.

Наше будущее напрямую зависит от наших желаний и стремлений — этот факт в доказательстве не нуждается. «Чем конкретнее вы поставите цели, тем быстрее достигнете их»,— говорят тренеры на семинарах личностного роста. С точки зрения футуропрактики это утверждение выглядит несколько иначе: «Чем честнее вы поставите цель, тем быстрее получите искомый результат».

Это значит, что в первую очередь человек должен осознать не просто свои желания, а истинные желания — разница действительно громадная. Зачастую наши стремления и потребности продиктованы стереотипами общества или воспитанием. А иногда и вовсе являются желаниями других людей — тех, кто имеет на нас наибольшее влияние (авторитет). Проникаясь не своими потребностями, мы, по сути, провоцируем внутренний конфликт, из-за которого будущее видится нам расплывчатым, непредсказуемым, а иногда и пугающим. В первую очередь футуропрактика помогает определиться с истинными желаниями, что уже само по себе позволяет увидеть собственное будущее, словно фильм на экране.

Технически футуропрактика тесно связана с и . Впервые Долгополов представил свой метод в 1995 году (на психодраматическом конгрессе в Буэнос-Айресе), чем вызвал немалый ажиотаж среди коллег. Но в клиентскую практику метод внедрился гораздо раньше. Например, в 1988 году, когда случилось страшное землетрясение в Армении, и Нифонт Борисович в числе московских психологов оказался на месте трагедии. Одной из его пациенток была 16-летняя девочка, которая до катастрофы мечтала стать пианисткой и усердно занималась музыкой. Стихия разнесла в пух и прах не только ее дом, где она жила с семьей, но и планы: все близкие девочки погибли под завалами, она спаслась, но лишилась правой руки. Камня на камне не осталось от привычной жизни. Девочка перестала спать, отказывалась от еды. Тогда-то Долгополов и применил приемы футуропрактики — нужно было заново выстраивать «поля будущего» юной клиентки. Для начала он предложил ей попробовать научиться писать левой рукой. Пока она тренировалась, они беседовали. В итоге она переписала армянский алфавит с первой до последней буквы сотни раз и через некоторое время впервые за несколько недель по-настоящему уснула. Постепенно у этой девочки снова стало появляться какое-то представление о будущем, в котором она ясно себя видела.

Футуропрактика — процесс небыстрый. Осознать свои истинные потребности и подготовиться к довольно серьезным переменам в жизни, неизменно приходящим с этим осознанием, невозможно в два счета. Как правило, клиенты ходят к Долгополову от нескольких месяцев до года (встречи еженедельные по часу). Только не обольщайтесь — ваше будущее за вас никто не выстроит, психотерапевт, даже такой как Долгополов, никогда и никому ничего не посоветует и принципиально не станет решать ничьих проблем. Принимать эти решения вы всегда будете сами.

Но если обычно варианты выбора, связанные с будущим, представляются нам как два кота в мешке, то после курса футуропрактики появляется реальная возможность не только приглядеться к этим «мурзикам», но при желании даже сосчитать количество шерстинок на их загривках.