Можно сказать, что , сегодня знаменитый и признанный мэтр психологии, всегда тяготел к идее коллективизма. Он полагал, что ошибочно считать каждого человека обособленной личностью, а необходимо воспринимать его как часть определенной группы людей (системы). «Будь то семейство или студенческая группа, коллектив фирмы или скаутский отряд — всякая система живет и развивается по определенным законам,— поясняет Хеллингер.— Эти социальные образования отличаются друг от друга так же, как отличаются друг от друга сами люди. И первое, на что должен обращать внимание психотерапевт,— с какой именно „системной ошибкой” пришел клиент. Другими словами, разобрать его проблему с точки зрения группы людей».

Несмотря на то что у каждой системы свои особенности, Хеллингер выделил несколько законов, которые (если они соблюдаются) обеспечивают комфортное существование любой системы. Он назвал эти законы «порядки любви».

Первый — закон иерархии — подразумевает хронологический порядок вхождения в систему: кто старше, кто младше, кто «родился» в системе, кто пришел со стороны… Старшие участники группы имеют неоспоримые преимущества перед влившимися в нее позже. Похожий негласный закон, например, веками соблюдается почти в большинстве общин — последнее слово всегда остается за старейшинами.

Второй — закон принадлежности — гласит: для системы имеет значение каждый участник без исключения. Например, если в рамках терапии рассматривается конкретная семья, то разбирая отношения между ее членами, психолог учитывает все. И нерожденных детей, и то, что кто-то, скажем, после развода порвал отношения с родственниками или по каким-либо причинам изолирован от семьи (сидит в тюрьме, эмигрировал).

Третий — закон равновесия — означает гармоничное распределение привилегий и обязанностей в рамках каждой конкретной системы. Хорошим примером может служить образцовое предприятие, где обязанности сотрудников четко распределены: одни люди отвечают за финансовые потоки, другие за производство, третьи за рекламу, четвертые — за распространение и т. д.

Согласно Хеллингеру любое нарушение этих законов приводит к дисбалансу системы. Как и отдельный человек, группа может впасть в депрессию, почувствовать страх перед будущим, стать дезориентированной. Если это семья, то в ней начинают процветать непонимание и конфликты. Если это бизнес — дело постепенно прогорает, сотрудники перестают доверять друг другу и болеть за общее дело. Хеллингер полагает, что именно с помощью метода системных расстановок (Bert Hellinger’s Systemic Constellation) можно в любой группе достаточно быстро выявить проблемные места и скорректировать их.

[image id="4522"]

Обычно сеанс проходит в виде тренинга, в котором участвуют от десяти до 30 человек. Один из присутствующих делает свою «расстановку»: озвучивает проблему и желаемый результат. После этого выбираются заместители, то есть люди, которые будут играть роли членов его системы. Далее начинается инсценировка. И вот тут происходит феномен, который сам Берт Хеллингер называет магией расстановок. Играя роли незнакомых людей, заместители начинают вести себя точь-в-точь как их прототипы — в большинстве случаев совпадает не только манера разговора, но и мимика и жесты. В процессе расстановки клиент осознает не только свои страхи или амбиции, но и проблемы остальных участников группы, а также учится видеть себя как часть группы, в которой его ошибки, хочет он того или нет, сказываются на всех.

Всемирную известность «расстановки» получили в 1992 году после выхода в свет книги ученика Хеллингера Гунтхарда Вебера «Два рода счастья». В России заговорили об этом методе чуть позже благодаря московскому психологу Михаилу Бурняшеву, под редакцией которого книга Вебера была переведена на русский язык. Сегодня Берт Хеллингер живет в Германии. Несмотря на то что ему уже за 80, он продолжает развивать свой метод: пишет книги, преподает, проводит семинары и выступает на конференциях. У него много последователей по всему миру. Самые выдающиеся «расстановщики», как и сам Хеллингер,— это немецкие психотерапевты Гунтхард Вебер, Хантер Бомон, Марианна Франке и другие. Возможно, потому что все они ближайшие ученики мэтра.