Поразительно, но после довольно утомительного участники группы, разбредясь по номерам лишь к полуночи, уже четыре часа спустя послушно и бодро расстелили свои коврики на террасе для медитаций. Одна из главных составляющих садханы (да и вообще отличительная черта ) — это пение . Надо сказать, что сегодняшнее утро стало для всех постояльцев Club Palm Bay особенным. Поскольку тропические птицы, под экзотический плач которых (а более точного слова и не подобрать) здесь принято просыпаться, сегодня на рассвете не трубили, как это обычно происходит каждое утро. Птицы были заняты: привлеченные необычным пением и звуками, они собрались около наших ребят, пытаясь составить с ними единый хор... «Ты не представляешь! Птица эта, она подошла ко мне почти вплотную, и мы пели так слаженно, словно делали это всю жизнь! А ведь видели друг друга в первый раз», — восхищалась после одна из участниц, моя соседка по номеру Лена.

Затем состоялся утренний заплыв в океане (шесть утра по местному времени), легкий и быстрый завтрак (7.00), и уже полчаса спустя заботливый гид буквально запихивал нас самих и наш багаж в автобус. Пора было выдвигаться — впереди ждала многочасовая экскурсия по одной из древних ланкийских столиц Полоннаруве и переезд на юго-восточную часть острова, а именно в рыбацкую деревню Хамбантоту, в отель Chaaya Village.

Возможно, кто-то со мной и не согласится, но я считаю, что для автобусной экскурсии три часа — это максимально допустимая продолжительность. Наш сегодняшний трип оказался в четыре(!) раза длительнее. В общей сложности мы провели в пути 12 часов, но я не скажу, что они уж слишком нас утомили. По дороге мы выскакивали из автобуса не единожды. Сперва — полакомиться кокосовым молоком (которое здесь продают прямо на обочинах дорог, как у нас продают картошку, георгины и лисички), потом — купить воду, фрукты и орехи в супермаркете, перекусить в ресторанчике (и будто по заказу застать там пышную ланкийскую свадьбу), а чуть позже — пообедать в другом кафе (и там нарваться еще на одну женитьбу). Обе невесты, кстати, глядели на нас в полном изумлении, словно мы инопланетяне. Но, собственно, и мы на них глазели точно так же...

Все «шведские столы» в местных едальнях состоят из блюд местной традиционной кухни. Исключительно пряные и острые благодаря добавлению специй — в основном тмина, кардамона, чеснока, гвоздики, семян горчицы и перца чили. И только обычный «пустой» вареный белый рис относительно нейтрален на вкус. Забавно, что на тарелках самих жителей Цейлона этот рис составляет львиную долю всего обеда. И я их понимаю. Даже коренному ланкийцу употреблять жгучие овощи или мясо нелегко — во рту тут же начинается пожар, потушить который не способны ни вода, ни фруктовые соки, ни молоко. Именно белый рис считается наилучшим «огнетушителем», поэтому он и используется в качестве основного блюда. Мы же по незнанию нахватали себе полные тарелки всевозможной экзотики, от овощного кари до фасолевого супа с чили, начисто проигнорировав обычный рис. За что немедленно поплатились: я, например, больше трех ложек своего обеда проглотить просто не смогла, испугавшись, что четвертая непременно превратит меня в огнедышащего дракона... Заплатив по 820 ланкийских рупий с носа, мы наконец отправились обозревать развалины некогда легендарного города.

Только мысль о том, что несколько столетий назад Полоннарува представляла собой роскошную и величественную столицу (в которой органично уживались светские дворцы и храмовые комплексы), удерживала меня от разочарования. Безусловно, эти памятники архитектуры самобытны и могут многое поведать о самых благословенных веках, прошедших на Цейлоне, но сегодня они видятся любому иностранцу в первую очередь как собрание доисторических руин, которые в наши дни пребывают в довольно плачевном состоянии. Мне показалось, что пересчитывать их все — это перебор. Вполне достаточно было посмотреть скальный монастырь Гал Вихара. Вот он действительно впечатляет! Ума не приложу, как древним ланкийцам удалось соорудить такую красоту — огромные фигуры, каждая из которых изображает Будду в трех основных позах: сидящим, стоящим и лежащим. Современные жители Цейлона не воспринимают Гал Вихару как часть паркового заповедника или музейный комплекс. Для них эта территория — священное место, храм, где ни один ланкиец не позволит себе расхаживать в обуви или поворачиваться к буддам спиной.

Напротив лежащего Будды находится пологая скала, сидя на которой волей-неволей начнешь медитировать — уж очень располагает это место к умиротворению. Здесь напрочь забываешь о времени, и кажется, будто никакого другого мира нет, кроме того, в котором лежит у твоих ног просветленный Будда...

До отеля добирались уже в кромешной тьме. Сумерек на Цейлоне не бывает, день здесь не угасает, а умирает в одночасье, превращаясь в непроглядную ночь. Дважды по дороге домой мы столкнулись с дикими слонами — они выскакивают на узкое асфальтированное шоссе точно так же, как у нас выпрыгивают на проезжую часть лоси или олени. Кого-то этот слоновий фортель изрядно напугал, других привел в явный восторг. В ответ на такую реакцию наш гид предложил назавтра всем желающим посетить слоновий питомник, который находится неподалеку от отеля. Но прежде мы будем замечены на территории еще одного исторически значимого памятника Шри-Ланки — скальной крепости Сигирия...

Едва успев расселиться и поужинать на скорую руку, группа собралась на вечернее двухчасовое занятие по йоге. Все по схеме: мантры, дыхательные упражнения, медитация, расслабляющий танец, притчи... Учитывая, что возрастной диапазон участников группы очень широкий — от четырехлетнего ангела-малыша по имени Элина до 65-летней Валентины (давшей, кстати, в Полоннаруве фору всем остальным, первой забравшись на развалины построек), такого единодушия в принятии довольно сурового режима занятий и экскурсионной программы я не ожидала. Забавно, но даже беспощадную жару (и днем, и ночью воздух прогрет до 27–29 градусов) они, словно сговорившись, не замечают. И вот только что мне в голову пришло: я ее тоже не замечаю. Мы наполнены позитивным восприятием действительности до самых краев, и времени на пустяковые сетования просто не остается!